ПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятый

Михаил Абрамов: в лучших традициях русского меценатства

Когда-то в России были очень сильны традиции меценатства. Благотворительностью занимались целые династии: Третьяковы, Морозовы, Рябушинские, Бахрушины… Все эти люди были, в первую очередь, созидателями. 

Они строили больницы и учебные заведения, поддерживали искусство, открывали таланты, создавали музеи, при этом заботясь о том, чтобы культурные ценности были доступны широким слоям общества. Плодами их благотворительной деятельности мы пользуемся до сих пор. «Богатство обязывает», – говорил банкир Павел Рябушинский, живший в XIX столетии. 

Под этими словами может подписаться и наш современник, известный российский предприниматель и меценат Михаил Абрамов. Несколько лет назад им был создан Музей русской иконы, в котором собраны несколько тысяч памятников древнерусского, византийского и эфиопского искусства, среди которых есть подлинные шедевры. Однако уникальность музея не только в масштабах экспозиции. Огромное внимание его основатель уделяет просветительской деятельности.


В это уникальное частное учреждение культуры открыт свободный доступ абсолютно всем, проводятся бесплатные экскурсии. Развитие этой идеи, создание Национального музея в Москве можно назвать делом жизни Михаила Юрьевича. Это стало главной темой нашего разговора.

– Михаил Юрьевич, вы много лет занимаетесь предпринимательской деятельностью. Как вы пришли к идее создать музей иконописи? Почему не остановились на обычном коллекционировании произведений искусства?

– Я не могу назвать себя коллекционером, у меня нет такого хобби. Я четко и направленно занимаюсь просветительством. Конечно, можно было бы вместо создания музея купить себе яхту или пару самолетов. Но я решил распорядиться своими средствами именно так.

В центре столицы, на высоком берегу Москвы-реки, напротив подворья Афонского Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Гончарной улице мы создали Музей русской иконы. Под нужды музея нами полностью были реконструированы два здания. Иконы, как известно, требуют к себе бережного отношения, особых условий хранения. Здесь установлены современные инженерные системы, поддерживаются определенный температурный режим, влажность. После проведенного ремонта мы передали эти здания городу Москве, а затем обратились с просьбой сдать их нам в аренду. Сейчас в нашем музее представлено порядка четырех с половиной тысяч экспонатов.

– Все ли приобретаемые вами произведения выставляются в Музее русской иконы?

– Часто иконы, не представляющие художественной и музейной ценности, передаются в дар храмам. На сегодняшний день мы подарили церквям десятки прекрасных икон. Например, когда-то нам удалось побывать в Соловецком монастыре. Там не было ни одного древнего образа основателей обители – святых Зосимы и Савватия. Конечно, мы не могли поступить иначе: пригласили в наш музей настоятеля монастыря, губернатора и в торжественной обстановке преподнесли им икону XVI века. Сегодня это главный чтимый образ острова, все паломники стремятся к нему.

Несколько старинных икон были подарены Саввино-Сторожевскому монастырю, попечителем которого я являюсь. Таких случаев, в общем-то, немало.

– В чем уникальность созданного вами музея?

– Музей русской иконы на Гончарной улице – не частная коллекция, это принципиально иное: национальный, широкомасштабный проект. Могу с уверенностью утверждать, что в своем роде это уникальный музей иконописи, позволяющий проследить всю историю развития русского церковного искусства от XIV и до начала XX века. Высокий статус музея был подкреплен в 2011 году включением его в члены ИКОМ – международной организации музеев при ЮНЕСКО. Особо отмечу, что порядка 85% из 1000 икон, которые сегодня представлены в экспозиции, приобретены за рубежом и возвращены на историческую родину. Теперь наше национальное достояние навсегда останется в нашей стране – за исключением ограниченных периодов во время организации каких-либо выставок за границей. К слову, Музей русской иконы устраивает большое число выставок, причем не только в собственных залах, но и в различных регионах Российской Федерации, и помимо москвичей с шедеврами иконописи могут ознакомиться жители других городов. На счету музея несколько крупных зарубежных выставочных проектов, прошедших в Вене, Реклингхаузене, Риме, Братиславе, Праге. Заместителем директора по научной работе является уникальный специалист: Ирина Александровна Шалина – ведущий научный сотрудник отдела древнерусского искусства Русского музея в Санкт-Петербурге. У нас работают одни из лучших экскурсоводов Москвы, искусствоведы, иконописец. Посещение музея и экскурсии бесплатны.

Основываясь на уже имеющемся у нас опыте, хотелось бы развить наше начинание, создав большой Национальный музей – поистине мегапроект. На мой взгляд, он необходим Москве и всей России.

– В России уже существуют прекрасные музеи: Третьяковская галерея, Русский музей… Что и каким образом, по вашему мнению, должно быть представлено в новом Национальном музее? Какие задачи он должен решать?

– Это очень важный вопрос. То, что представлено в экспозиции названных вами музеев, – это, к сожалению, капля в море, поскольку многие произведения древнерусского искусства – прекрасные памятники, грандиозные шедевры – за неимением экспозиционных площадей находятся в запасниках. А ведь с помощью икон можно проследить путь России, выделить особенности той или иной эпохи и понять очень многое. Как, например, отразилось на иконах время Ивана Грозного? Как все изменилось с приходом Петра I, когда «открылось окно» в Европу и к нам хлынул весь мир? Что такое старообрядчество? Это же безумно интересно любому человеку, раскрываются глаза на весь мир. Именно такого принципа представления произведений искусства придерживается Музей русской иконы. У нас, в частности, иконы размещены в хронологическом порядке. Посетителям предоставляются уникальные возможности: увидеть, как выглядит алтарное пространство; побывать в моленной старообрядцев-беспоповцев; понаблюдать за работой иконописца. Экскурсии проводят специалисты, невероятно увлеченные своим делом. Современный музей должен исполнять в первую очередь просветительскую функцию, его задача – не только показать лучшие образцы искусства, но и увлечь, заинтересовать посетителя историей и культурой нашей страны.

– И какова же будет концепция Национального музея?

– Идея Национального музея выглядит следующим образом. В нем будут собраны иконы из частных коллекций, которые сейчас недоступны не только широкой публике, но даже узкому кругу специалистов. Главная задача – объединить памятники под одной кровлей, при этом не нарушая прав собственности владельцев. Основой мог бы стать наш музей. Идея та же – все этапы развития древнерусской живописи, но больший масштаб. Будут организованы общие конференц-залы, реставрационные мастерские и т.д. Такая модель давно и успешно действует в мире. Почему она эффективна? Не секрет, что довольно часто музеями управляют люди, для которых, к сожалению, предметы искусства – это просто работа, рутина. У коллекционеров есть подлинная страсть, горение.

– Но частные коллекционеры – публика большей частью довольно закрытая. Согласятся ли они участвовать в таком проекте?

Отношения с ними уже выстроены; на сегодняшний день всех крупных частных коллекционеров нам удалось объединить. Еще в 2008 году была организована выставка в ГМИИ имени Пушкина под названием «Шедевры древнерусской живописи из частных коллекций». Для отбора работ мы собрали комиссию из крупнейших государственных музеев. На выставке были представлены подлинные шедевры, произведения от XIV до конца XVI века – по-настоящему звездного времени для иконописи. Среди участников выставки были не только российские коллекционеры, но и граждане других стран.-Сложных организационных вопросов удалось решить немало, был выпущен прекрасный научный каталог. Выставка пользовалась колоссальным успехом – ведь большинство представленных на ней шедевров практически всегда сокрыты от глаз, находятся в частных домах, специальных хранилищах.

Конечно, такое событие не могло пройти бесследно. Мы организовали некоммерческий союз – общество собирателей древнерусского искусства. Почетным президентом был выбран член-корреспондент РАН Г.И. Вздорнов, а я – президентом.

Выставка в Пушкинском музее подтвердила тезис о том, что своим примером, энтузиазмом можно заразить и других. Но, согласитесь, на одном энтузиазме далеко не уедешь.

Поддержка города и государства в таких общенациональных проектах, безусловно, необходима.

– Где, на ваш взгляд, должен быть построен такой музей?

– Он был бы, по моему мнению, очень уместен в центре столицы – например, на территории парка «Зарядье», который планируется создать на месте снесенной гостиницы «Россия». Подобные музеи есть практически во всех странах: Великобритании, США, Японии и т.д. Наверняка такой музей будет пользоваться огромным успехом у иностранных туристов, станет «лицом страны». Но это не единственный важный его аспект. Сегодня много говорится о воспитании патриотизма, но для этого людей необходимо познакомить с истоками нашей культуры, азами, фундаментом, на который можно всегда опереться.

Об идее создания Национального музея я писал Мэру столицы Сергею Семеновичу Собянину, Министру культуры Российской Федерации Владимиру Ростиславовичу Мединскому, которого она заинтересовала. С ней знаком главный архитектор города Москвы Сергей Кузнецов. Я готов построить музей полностью за свой счет, абсолютно не привлекая бюджетные средства. Опыт возведения сложных объектов у нас немалый, и предварительный проект музея общей площадью около 20 000 квадратных метров уже проработан. На территории будущего парка «Зарядье» определено место, где планируется разместить некое учреждение культуры. Думаю, если провести опрос москвичей, за создание там Национального музея выcкажется подавляющее большинство.

– Михаил Юрьевич, насколько нам известно, Музей русской иконы – не единственный ваш социальный проект. В рамках так называемой Программы «200 храмов» сейчас при вашем участии строится храмовый комплекс в Братеево, вдоль улицы Борисовские Пруды. Расскажите, пожалуйста, об этом.

– Я изучал историю русских меценатов и узнал, что практически каждый из них мечтал построить храм. Сегодня такая возможность появилась и у нас. Надо сказать, мы замахнулись на грандиозный проект. Храмовый комплекс будет включать в себя небольшую деревянную церковь, собор, колокольню и дом причта. Церковь уже построена, в ней проходят богослужения. Храм, который появится в Братеево, по характеру архитектуры близок Архангельскому собору, созданному в начале XVI столетия великим зодчим Алевизом Новым в Московском Кремле. Стены кремлевского собора выполнены из кирпича с белокаменными деталями – карнизами, наличниками на окнах и т.д. Проект нового храма предусматривает использование таких же материалов. Вместе с тем было решено обратиться и к элементам архитектуры Успенского собора Кремля. Собор в Братеево будет пятиглавым, с хорами, квадратными крещатыми столбами, что свойственно древнерусской архитектуре. Полы в нем предполагается выполнить из разных сортов мрамора в технике косматеско – мелкой византийской мозаики.

А в качестве основного прообраза колокольни мы взяли знаменитую колокольню Ивана Великого, которая была построена в 1505 году Боном Фрязиным и спустя почти сто лет надстроена Федором Конем. Чтобы придать новому сооружению своеобразие и вместе с тем сохранить характер архитектуры XVI века, разработчики проекта обратились к памятникам архитектуры этого периода: церкви Вознесения в Коломенском и собору Василия Блаженного на Красной Площади.

На первом уровне колокольни разместится крестильня. И в соборе, и в колокольне предполагается фресковая роспись.

Облик дома причта основывается на архитектуре Грановитой палаты Кремля, спроектированной и построенной в 1487–1491 годах итальянцами Марко Руффо и Пьетро Антонио Солари. В проекте используются и мотивы выдающегося памятника – Белой палаты Федоровского городка в Царском селе, которая была построена в начале прошлого столетия по заданию Николая II. В доме причта будет располагаться воскресная школа, трапезная палата, зал заседаний, покои настоятеля, иконописная мастерская, административные, технические и хозяйственные помещения. Опираясь на лучшие традиции прошлого, комплекс в Братеево станет новым словом в современном храмовом строительстве.

– И в завершение нашей беседы разрешите задать такой вопрос. О социальной ответственности бизнеса сегодня говорится немало. Что значит это понятие лично для вас?

– Для меня социальная ответственность – это не пустые слова. Возможно, такие мои поступки, как создание музея, строительство храма, станут примером для других. Благотворительность должна быть нормой жизни. Надеюсь, что наше стремление послужить людям получит понимание и поддержку со стороны города и государства.

– Позвольте поблагодарить вас за то, что вы делаете, и пожелать вам успехов!

Текст: Юлия Бикина


Назад в раздел