ПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятый

Перестановка слагаемых. Допустима ли замена стороны при исполнении госконтракта


В ходе исполнения госконтрактов, заключенных по результатам торгов, как у заказчика, так и у поставщика (исполнителя, субподрядчика) иногда возникает потребность перевода своих обязательств или переуступки своих прав другим лицам. Причины для этого могут быть самыми разными – от банального отсутствия средств на счету у заказчика до долговых обязательств поставщика перед кем-либо. Однако потребность потребностью, но самое главное, чтобы подобные действия не вступали в противоречие с законодательством в сфере госзакупок. Рассмотрим два случая из практики, наглядно демонстрирующие возможные механизмы разрешения таких ситуаций.

Возможен ли, согласно Закону № 44-ФЗ, перевод долга по оплате муниципального контракта на главного распорядителя бюджетных средств, если на расчетный счет заказчика – муниципального казенного учреждения наложен арест органом Казначейства? Заказчиком (муниципальным казенным учреждением) заключены муниципальные контракты в рамках Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ. В настоящее время на расчетный счет учреждения наложен арест органом Казначейства. Позволяет ли Закон № 44-ФЗ осуществить перевод долга по оплате муниципального контракта заказчика другому лицу – главному распорядителю бюджетных средств, в связи с тем что на расчетный счет учреждения наложен арест органом Казначейства (чтобы произвести оплату выполненных работ по контракту с расчетного счета главного распорядителя)?


Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», ограничивая возможность перемены поставщика (подрядчика, исполнителя) по заключенному государственному (муниципальному) контракту (ч. 5 ст. 95 Закона № 44-ФЗ), допускает возможность перехода прав и обязанностей заказчика. Часть 6 ст. 95 Закона №44-ФЗ устанавливает, что в случае перемены заказчика права и обязанности заказчика, предусмотренные контрактом, переходят к новому заказчику. При этом порядок перехода прав и обязанностей заказчика по контракту данным законом не урегулирован.

В силу ч. 1 ст. 2 Закона № 44-ФЗ законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается в том числе на положениях гражданского и бюджетного законодательства.

Отметим, что в ч. 6.6 ст. 9 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», действовавшего до 1 января 2014 года, содержалось положение, аналогичное по содержанию ч. 6 ст. 95 Закона № 44-ФЗ, и ФАС России, давая разъяснения по применению данной нормы, указала, что вопрос перемены лица в контракте регулируется нормами законодательства РФ, регламентирующего соответствующие правоотношения (см. тему 3 Обзора разъяснений законодательства о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, подготовленного Управлением контроля размещения государственного заказа ФАС России, июль 2012 года).

Перемена лиц в обязательстве регулируется гл. 24 ГК РФ. Исходя из п. 1 ст. 382 ГК РФ, она происходит либо по закону (в результате наследования, реорганизации юридического лица, регресса, суброгации и т.п.), либо по договору уступки права требования, перевода долга. Поскольку в рассматриваемой ситуации передача прав и обязанностей напрямую законом не предусмотрена, она может происходить только по договору, при этом такая замена должна производиться с соблюдением как правил об уступке требования (параграф 1 гл. 24 ГК РФ), так и правил о переводе долга (параграф 2 гл. 24 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования), если это не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Согласие должника на уступку не требуется (если иное не предусмотрено законом или договором), следует лишь уведомить его о состоявшейся уступке. Перевод должником своего долга на другое лицо осуществляется также в письменной форме (если договор, из которого возник долг, также заключался в письменной форме) и допускается лишь с согласия кредитора (ст. 391 ГК РФ).

Исходя из этого, по нашему мнению, соглашение (договор) о перемене заказчика по договору (контракту) может быть заключено между первоначальным заказчиком и новым заказчиком с предварительным получением согласия поставщика (исполнителя). Следовательно, возможно оформить и трехстороннее соглашение между прежним и новым заказчиками и поставщиками товаров (исполнителями услуг). Отметим, что позиция о возможности передачи прав и обязанностей заказчика по контракту на основании трехстороннего соглашения, правда, в период действия Закона № 94-ФЗ, также была высказана Минэкономразвития России в письме от 05.06.2009 № Д05-2813.

Таким образом, нормы Закона № 44-ФЗ и гражданского законодательства не содержат ограничений на заключение казенным учреждением договора перевода долга своих обязательств по оплате муниципального контракта другому заказчику.

Вместе с тем особенности правого положения казенных учреждений, определенные в ст. 161 Бюджетного кодекса РФ, предполагают, что финансовое обеспечение деятельности таких учреждений осуществляется за счет средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации и на основании бюджетной сметы (п. 2 указанной статьи). Обеспечение выполнения функций казенных учреждений включает и закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд (ст. 70 БК РФ).

Из п. 2 ст. 72 и п. 5 ст. 161 БК РФ следует, что заключение и оплата казенным учреждением государственных (муниципальных) контрактов, иных договоров, подлежащих исполнению за счет бюджетных средств, производятся от имени РФ, субъекта РФ, муниципального образования в пределах доведенных казенному учреждению лимитов бюджетных обязательств (за исключением случаев, установленных п. 3 ст. 72 БК РФ), если иное не установлено самим Бюджетным кодексом РФ, и с учетом принятых и неисполненных обязательств.

Следует напомнить, что лимит бюджетных обязательств представляет собой объем прав в денежном выражении на принятие казенным учреждением бюджетных обязательств и (или) их исполнение в текущем финансовом году (и плановом периоде). Текущий финансовый год – год, в котором осуществляются исполнение бюджета, составление и рассмотрение проекта бюджета на очередной финансовый год (и плановый период). Плановый период – два финансовых года, следующие за очередным финансовым годом (ст. 6 БК РФ).

Иначе говоря, возможность заключения соглашения о переводе долга казенного учреждения по оплате предоставленных по муниципальному контракту товаров (работ, услуг) другому лицу (в том числе являющемуся главным распорядителем бюджетных средств) будет решаться с учетом требований сметно-бюджетной дисциплины, а также принципов результативности и эффективности использования бюджетных средств, установленных бюджетным законодательством (см., например, ст. 28, 34 БК РФ).

Из этого следует вывод, что заключение подобного соглашения возможно с учетом ограничений, установленных бюджетным законодательством.

Не является ли ничтожным договор уступки прав денежного требования по еще не исполненному государственному контракту, если он заключен подрядчиком с другим лицом до 1 июня 2015 года? Подрядчик по государственному контракту, работы по которому до сих пор исполняются, до 1 июня 2015 года заключил с другим лицом договор уступки прав денежного требования, которое возникнет к заказчику в будущем (универсальное правопреемство). Не является ли такой договор цессии ничтожным (с учетом положений п. 7 ст. 448 ГК РФ)? Допускается ли с 1 июня 2015 года уступка права требования по контрактам, заключенным в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»?

К сожалению, однозначно ответить на вопрос нельзя. И вот почему. Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» основан на положениях ГК РФ (п. 3 ч. 1 ст. 1, ч. 1 ст. 2 Закона № 44-ФЗ). Однако общие положения ГК РФ, в том числе правила гл. 24 этого кодекса, применяются к отношениям в сфере контрактной системы в части, не урегулированной Законом № 44-ФЗ и не противоречащей этому закону.

Согласно ч. 5 ст. 95 Закона № 44-ФЗ, при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя), за исключением случая, если новый контрагент является правопреемником поставщика (подрядчика, исполнителя) по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения (аналогичная норма содержалась в ч. 6.1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ, регулировавшего соответствующие отношения до 2014 года). Из приведенной нормы буквально следует, что не допускается не только передача договора (ст. 392.3 ГК РФ) контрагентом, то есть полная замена стороны по контракту (см. также письмо Минэкономразвития России от 05.03.2010 № Д22-231), но и передача другому лицу предусмотренной контрактом обязанности контрагента по поставке товара, выполнению работы, оказанию услуги (то есть перевод долга).

При этом запрета на уступку контрагентом возникшего у него из контракта права требования к заказчику Закон № 44-ФЗ не содержит. И хотя Минфин России неоднократно указывал на то, что цессия по государственным (муниципальным) контрактам не допускается (письмо от 11.03.2015 № 02-02-08/12916, от 29.05.2012 № 02-11-05/1904), в судебной практике подобные соглашения (во всяком случае заключенные в период до 1 июня 2015 года) рассматриваются как не противоречащие Закону № 44-ФЗ (например, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2015 №07АП-9886/14, постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2015 № 19АП-3261/15, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 22.05.2015 № 03АП-2049/15, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2015 № 17АП-14998/14).

Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ, вступившим в силу с 1 июня 2015 года, ст. 448 ГК РФ дополнена п. 7. Согласно этой норме, если в соответствии с законом заключение договора возможно только путем проведения торгов, победитель торгов не вправе уступать права и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора. Обязательства по такому договору должны быть исполнены победителем торгов лично, если иное не установлено в соответствии с законом.

К сожалению, формулировка приведенной нормы допускает возможность неоднозначного толкования, а практика ее применения на сегодняшний день не сформирована.

С одной стороны, положения п. 7 ст. 448 ГК РФ, возможно, могут восприниматься как не допускающие именно одновременную уступку прав и перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора (то есть как запрет на передачу победителем торгов договора, заключенного на торгах). Более того, на сегодняшний день нет уверенности и в том, что положения ст. 447–449 ГК РФ вообще применимы к отношениям, регулируемым Законом № 44-ФЗ. Это связано, в частности, с тем, что ряд предусмотренных этими статьями норм не соответствует порядку, предусмотренному Законом № 44-ФЗ (см., в частности, п. 4 ст. 447, п. 5, 8 ст. 448 ГК РФ).

С другой стороны, буквально напрашивается вывод о том, что из п. 7 ст. 448 ГК РФ все же следует установление запрета на заключение лицом, договор с которым заключен на торгах, соглашений, направленных как на перевод долга, так и на уступку прав, возникших у него из этого договора. Ни положения ст. 447 – 449 ГК РФ, ни положения Закона № 44-ФЗ не содержат условий, которые позволяли бы не распространять установленный п. 7 ст. 448 ГК РФ на отношения по государственным (муниципальным) контрактам. При таком подходе следует признать, что с 1 июня 2015 года любые соглашения об уступке прав из контрактов, которые, в свою очередь, были заключены по результатам конкурентных процедур, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, победителями этих процедур должны квалифицироваться как ничтожные (ст. 168 ГК РФ, п. 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25). В связи с изложенным представляется, что до формирования в право применительной практике единообразного подхода к вопросу о соотношении п. 7 ст. 448 ГК РФ и положений Закона № 44-ФЗ уступка участниками закупок прав по контрактам сопряжена с очевидными рисками.

Что касается указанного в вопросе соглашения, то поскольку оно заключено до 1 июня 2015 года, п. 7 ст. 448 ГК РФ, скорее всего, не может рассматриваться в качестве основания для его недействительности, а значит, и не препятствует его исполнению. Иными словами, после 31 мая 2015 года соответствующее соглашение продолжает оставаться основанием для перехода права требования, которое возникнет в будущем, к новому кредитору. Однако правоприменительной практики, где рассматривались бы похожие ситуации, обнаружить не удалось.


Назад в раздел