ПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятый

По примеру Колумбии. Россия - единственная страна в мире, где чеканили платиновые монеты для сферы обращения


Родиной первой платиновой монеты принято считать Колумбию, которая в начале XIX столетия располагала огромными запасами этого признанного впоследствии драгоценным металла. Первым же российским месторождением платины были частные прииски Нижнего Тагила, где в 1822 году были открыты огромные залежи этой перспективной руды. Вскоре заработало еще одно, теперь уже государственное, Гороблагодатское месторождение. Уже спустя пять лет, к 1827 году, на Санкт-Петербургском монетном дворе скопилось более 11 пудов чистой платины, что породило множество проблем с хранением этого (в то время малоизвестного) металла. Именно тогда об опыте Колумбии вспомнил занимавший в те годы пост министра финансов Егор Францевич Канкрин. Идея чеканки из платины денежных знаков была тут же одобрена Николаем I. Причем император высказал пожелание воспользоваться по такому поводу мнением компетентных зарубежных специалистов о монетах из этого металла. Исполняя высочайшее повеление, граф Канкрин обратился к знаменитому немецкому ученому той поры Александру фон Гумбольдту, с которым Егор Францевич не один год состоял в деловой переписке и пользовался авторитетными советами этого ученого по вопросам управления финансами. Препроводив Гумбольдту через графа Алопеуса полтора фунта платины, министр письмом от 15 августа 1827 года просил его совета в интересующем деле.

Не ожидая ответа на это послание, Канкрин 8 марта 1828 года предписал Департаменту горных и соляных дел начать подготовку штемпелей для чеканки первых монет достоинством 3 руб., вес каждой из которых должен был составить 2 золотника и 41 долю.

Эта работа была поручена лучшим специалистам Санкт-Петербургского монетного двора под руководством Эллерса, который в кратчайший срок по рисунку монеты и штемпелей изготовил оловянные слепки будущих платиновых денежных знаков. После утверждения министром слепков со штемпелей было приказано изготовить несколько десятков 3-рублевых платиновых монет, но без огласки, до получения окончательного ответа от Гумбольдта.

К большому разочарованию графа Канкрина знаменитый немецкий ученый высказался против введения в России такой монеты. Оказалось, что в те годы цена на платину была крайне непостоянна, металл еще не имел практического применения. Скопление такой тяжелой монеты в банке или на монетном дворе было бы только обременением.

Но в то же самое время Гумбольдт посоветовал использовать платину для изготовления знаков отличия, орденов, медалей и прочее.

Мнение Гумбольдта не поколебало Канкрина, и вскоре ему удалось получить «…высочайшее соизволение» на чеканку платиновой монеты, и 24 апреля 1828 года был обнародован «Именной указ о чеканке умеренного количества платиновой монеты», согласно которому было разрешено принимать этот металлический денежный знак при самых различных платежах, а также вывозить за границу и переделывать в другие изделия. Подделка этого денежного знака преследовалась по закону так же, как подделка монет, изготовленных из других металлов: золота, серебра, меди.

Новый денежный знак был выпущен достоинством в 3 руб. и уже в самые первые дни своего хождения на российском финансовом рынке был наречен народом как «червонец», на аверсе (лицевой стороне) которого был размещен государственный герб, а реверс (оборотная сторона) умещал следующие надписи: «3 РУБЛИ НА СЕРЕБРО», а также буквенное обозначение Санкт-Петербургского монетного двора – «С.П.Б.». Саму же эту текстовую композицию венчала круговая надпись: «2 ЗОЛ. 41 ДОЛЯ ЧИСТОЙ УРАЛЬСКОЙ ПЛАТИНЫ».

Забегая вперед, скажем, что сразу же после завершения чеканки первой партии платиновых монет один из экземпляров этого «белого червонца» вместе с сопроводительным письмом граф Канкрин направил с нарочным фон Гумбольдту. Отметим, что, скорее всего, из-за новизны этого денежного знака платиновая 3 рублевая монета довольно охотно принималась на российском финансовом рынке.

Несмотря на определенные технические сложности чеканки, министр финансов в скором времени представил Николаю I доклад о том, что готовится к выпуску двойной червонец, или 6-рублевая платиновая монета, рисунок которой был разработан надворным советником Рейхелем. Это предложение было одобрено императором, и 30 ноября 1829 года Сенату был дан именной указ о введении в обращение 6-рублевой монеты на тех же условиях, что и 3-рублевой. Отметим, что изменения в архитектонике этого денежного знака коснулись только двух надписей на реверсе. Теперь они выглядели следующим образом: «6 РУБЛИ НА СЕРЕБРО» и «4 ЗОЛ. 82 ДОЛИ ЧИСТОЙ УРАЛЬСКОЙ ПЛАТИНЫ».

В следующем, 1830 году граф Канкрин обратился с очередным «всеподданейшим докладом» о подготовке следующей платиновой монеты, теперь уже 12-рублевого достоинства (квадрупль), для изготовления которой был приглашен известный прусский медальер Губе. Двенадцатирублевик был того же типа, что и предыдущие платиновые денежные знаки, отличался только увеличенным содержанием металла – 9 золотников и 68 долей чистой платины.

В течение 17 лет платиновая монета имела успешное хождение не только на финансовом рынке России, но ее также безоговорочно принимали ведущие банки других стран. Белый червонец занимал почетное место между золотой и серебряной монетами. Но совсем неожиданно появились роковые обстоятельства, нанесшие коварный удар по этому популярному денежному знаку.

Дело заключалось в том, что еще в 1843 году один из опекунов Демидова – малолетнего хозяина Нижнетагильских приисков – князь Волконский проинформировал министерство финансов о снижении годовой добычи платины вне Российской Империи до трех пудов.

Для пополнения бюджета страны Волконский предлагал открыть продажу платины в Лондон и Париж, по установленной правительством цене. Однако в скором времени значительно сократилась добыча этого металла и в России.

Как выйти из складывающейся катастрофической ситуации, давались самые разные и невероятные предложения. Как и ожидалось, победили многочисленные сторонники прекращения чеканки платиновой монеты. Для начала с 16 февраля 1845 года «высочайше» было запрещено вывозить этот денежный знак за границу.

Новый министр финансов Федор Павлович Вронченко, вступивший в должность в мае 1844 года, во избежание массовой подделки платиновой монеты ходатайствовал перед Николаем I о полном прекращении чеканки этого платинового денежного знака, на что спустя год последовал высочайший указ, по которому было велено «…учредить во всех казначействах обмена ея, в течение шести месяцев, на золотую и серебряную. По истечении же указанного срока не принимать платиновой монеты, как в казенных платежах, так и для обмена». Однако уточним, что в этом же указе император разрешил частным лицам использовать платиновые денежные знаки при торговых сделках между собой, «по добровольному на то соглашению».

Забегая вперед, скажем, что именно эти строчки «высочайшего» документа на многие годы продлили активную жизнь платиновой монеты в России. Учитывая тот факт, что в это же самое время на всех европейских финансовых рынках цена на платину стала катастрофически падать, изъятие всей платиновой монеты из обращения стало бы для казначейства весьма затруднительным. К тому же в этот самый период российские финансы были подорваны многолетними войнами: с Францией, Персией, Турцией, Польской компанией, а также 130-миллионным займом на строительство Николаевской железной дороги. Вспыхнувшие вскоре Венгерская и Крымская войны инициировали новые займы и новые выпуски бумажных денег, что увеличило сумму российского государственного долга до 1 700 000 000 руб. Выход из этого положения правительство видело в изменении самой монетной системы, рассчитывая таким образом поднять постоянно падающую цену бумажного рубля.

Предстоящую финансовую реформу было поручено проводить специальной комиссии, которая сразу же предложила ввести как монетную единицу серебряный рубль, содержащий сто долей чистого серебра, причем сборные денежные знаки достоинством в 5, 10 и 15 руб. чеканить из платины, установив предварительно твердую цену на этот металл. «Восстановление платиновой монеты поощряло бы находящуюся в упадке платиновую промышленность, – писал в одной из своих работ Павел Павлович фон Винклер, – возвысило бы торговую цену на платину и, что важнее всего, значительно способствовало бы поддержанию курса бумажных денег».

Отметим, что платиновая монета на российском финансовом рынке была в обращении всего навсего около 17 лет (с 1828 по 1845 год). Если в 1828 году не было особых причин для ее выведения, то уже в 1859-м ее обращение стало как одно из средств к упорядочению российских финансов. Это и явилось главной причиной продления ее оборота на целых 8 лет, до 1867 года. Возвращаясь к началу нашего повествования о платиновой монете, напомним, что первый денежный знак из этого металла появился в Колумбии, откуда граф Канкрин и заимствовал идею чеканки такой монеты в России. Но колумбийская платиновая монета осталась только пробною. С трибуны Венского финансового конгресса колумбийская делегация настоятельно предлагала правительству Испании чеканить монету из этого металла, но данное предложение было отклонено. Парижская монетная конференция 1867 года также отклонила предложение российского академика Якоби выпустить платиновые пятифранковики.

В 1846–1847 годах добычи платины не было, в дальнейшем она производилась в ничтожных размерах. Вся платина, скопившаяся на Петербургском монетном дворе, – в рудном концентрате, слитках, монетах и «остатках» от переработки – была продана английской фирме «Джонсон, Маттей и К°». В результате Англия, которая не добывала ни одного грамма платины, долго оставалась монополистом в этой области.


Назад в раздел