ПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятый

Временное явление. Как в период Октябрьского переворота и гражданской войны решался вопрос с нехваткой валюты


Одной из характерных особенностей российского денежного обращения в период Октябрьского переворота и Гражданской войны стало обилие различных суррогатов – неких денежных дубликатов, которые выпускались органами центральной и местной власти для устранения временной нехватки российской валюты общедоступного образца.

К выпуску суррогатов ранее всех была вынуждена прибегнуть центральная власть, застигнутая врасплох резким повышением цен, обозначившимся еще в конце 1916 г., и соответствующим ростом государственных расходов. Не выпущенные в обращение кредитные билеты, которыми на тот момент располагал Государственный банк, стали быстро таять. Положение еще более ухудшилось в момент Октябрьского переворота благодаря трехнедельной забастовке рабочих Экспедиции ценных бумаг. Поэтому Государственный банк уже с апреля 1917 г. был вынужден срочно разослать по своим филиалам, наиболее нуждавшимся в наличности, имевшийся у него запас серии билетов государственного казначейства – около 400 млн руб., – предлагая выдавать их вместо денег. Конечно, того небольшого запаса этой серии, который оставался в Банке, не могло хватить надолго, и Министерству финансов пришлось вступить на путь выпуска новых денежных знаков упрощенного образца, сразу же получивших название «керенки». Однако положение ухудшилось настолько, что Банк циркулярной телеграммой от 6 сентября 1917 г. предложил в случае недостатка кредитных билетов в конторах и отделениях выдавать вместо них купоны, а также облигации «Займа Свободы» и «Военных займов».

Купоны выпускались в обращение только срочные и только государственных займов, не подлежащих 5% налогу. Выпуск этих суррогатов начался в сентябре, главным образом в Москве и провинции. В Петрограде же, где была сосредоточена основная масса ценных бумаг, к этой мере стали прибегать лишь в конце года. Так как обычно купоны прежних сроков, не предъявленные к оплате своевременно, составляли небольшой процент, то главная роль в замещении денежных знаков выпала на долю купонов второго полугодия 1917 г. – сентябрьских, октябрьских и ноябрьских сроков, не обложенных налогом.

Советская власть в отношении купонов пошла дальше, объявив о хождении в качестве денег всех вообще купонов государственных займов сроком до 1 декабря 1917 г. Такое распоряжение сначала было распространено по некоторым соседним областям и затем было подтверждено центральным Управлением Банка и Комиссариатом финансов, правда, с большим опозданием. Заметим, что фактически никаких новых купонов на основании этих распоряжений (кроме купонов 4% ренты) в обращение не поступало.

Местные суррогаты

Несколько иная судьба сложилась у другого вида суррогатов – местных кредитных билетов. Отметим, что раньше других областей и городов Центральной России собственными денежными знаками обзавелось архангельское самоуправление, которое с согласия центральной власти организовало в 1917 г. печатание кредитных билетов, осуществлявшееся в Петрограде и местной частной типографии. Эти билеты, изготовленные относительно качественно, поименованные как «чеки архангельского городского самоуправления», имели сложный полиграфический рисунок и следующее достоинство: 3, 5, 10 и 25 руб. Выпуск этих денежных знаков осуществлялся под контролем местного отделения Государственного Банка. До начала разгула на севере белогвардейщины и иностранной интервенции было выпущено этих чеков около 25 млн руб. Остальная масса этой валюты в обращение не попала и была эвакуирована.

Необходимо отметить, что эти чеки были популярны не только в Архангельской губернии, но и у соседей – в Вологодской, Северодвинской и Олонецкой губерниях. Эти денежные знаки также были популярны и имели хождение при белогвардейском правительстве, но при наличии специальной надпечатки на купюрах.

В том же 1917 г. последовал выпуск местных денежных знаков – бон сторублевого номинала в городе Пензе, который был осуществлен отделением Государственного Банка. Скажем, что, в отличие от архангельских чеков, пензенские боны были отпечатаны неряшливо, а это и стало причиной появления на финансовом рынке их дубликатов – подделок такого же низкого качества.

Из других городов советской России значимыми выпусками большой денежной массы отличались в те годы такие города, как Царицын и Астрахань. Отметим, что временные кредитные билеты царицынского городского самоуправления номиналами 1, 3, 5, 10, 25 и 100 руб. были выполнены более качественно, чем пензенские боны, и имели защитную от подделок сетку. Царицынские кредитные билеты обращались и пользовались спросом не только в соседней Саратовской губернии, но и в дальней Донецкой области. Отметим, что хорошим качеством славились в те годы и астраханские денежные знаки – «временные кредитные билеты» местного казначейства.

Самостоятельные выпуски денежных знаков были произведены в 1918 году оренбургским отделением Государственного Банка и при временной советской власти, и при правлении атамана Дутова. Однако уже в начале 1919 года при освобождении Оренбурга Красной армией эти деньги были аннулированы, а вместо них финансовый рынок был заполнен советскими купюрами, которых было отпечатано более 60 млн руб.

Кроме того, в качестве платежных средств имели хождение облигации прежних аннулированных займов и купоны недействительных сроков (1918–1919 гг. и позднее). С восстановлением надежной связи с центром страны эти суррогаты были изъяты из обращения.

Добавим к сказанному, что своей собственной валютой располагали и такие губернии, как Могилевская и Псковская. Известные могилевские боны, выпущенные во время немецкой оккупации на огромную сумму – 1 300 000 руб., были выкуплены впоследствии у населения советскими финансовыми органами. Аналогичная судьба постигла банковские разменные билеты Пскова, имевшие хождение на его финансовом рынке в период оккупации.

Суррогаты Туркестана и Северного Кавказа

«Временные кредитные билеты Туркестанского края», которые выпускались ташкентским отделением Государственного Банка, имели хождение на огромной территории Средней Азии, включая и Уральскую область. Уже в 1918 г. эти денежные знаки, выпущенные в объеме 4 млрд руб. номиналами от 1 до 100 руб., стали популярными на среднеазиатском финансовом рынке.

В отличие от централизованной и урегулированной эмиссии Туркестана выпуск местных денежных знаков на Северном Кавказе, который в течение всего 1918 г. являлся ареной ожесточенной гражданской войны, носил до нельзя хаотический характер. Более курьезное состояние денежного обращения трудно было представить, достаточно сказать, что в трех губерниях Северного Кавказа кроме общероссийских купюр обращались одновременно около 100 разновидностей денежных знаков, выпущенных десятью разными учреждениями, и, что удивительно, все они были признаны местным населением.

Одним из первых выпустило свои денежные знаки – «твердые гарантированные чеки» – банковское отделение города Армавира. Необходимо пояснить, что эти деньги выпускались частными банками, другими учреждениями и фирмами, которые имели свои счета в Государственном Банке. На оборотной стороне каждого из этих чеков стояла печать выпускавшей его организации и надпись: «Настоящий чек акцептован армавирским отделением Государственного Банка и имеет хождение наравне с государственными кредитными билетами до 1 декабря 1918 г. Чек с исправлениями оплате не подлежит». Что же касается достоинства этих чеков, то они выписывались на следующие суммы: 3, 5, 10, 25, 40, 100, 150, 300 и 500 руб.

Обращение гарантированных чеков было санкционировано особым распоряжением Терского совета народных комиссаров, и на основании этого документа такие чеки выпускались пятигорским, екатеринодарским, владикавказским и ставропольским отделениями Государственного Банка, а также грозненским и кизлярским казначействами.

Свои денежные суррогаты – боны – в годы Гражданской войны имели и жители Екатеринодара. Эти денежные знаки представляли собой примитивные вексельные бланки с напечатанными на них текстами и подписями. Позднее екатеринодарское отделение Государственного Банка стало печатать свои боны в виде кредитных билетов, оснащенных защитной цветной сеткой.

Удовлетворительную внешность обрели и казначейские знаки пятигорского окружного совета (номиналами от 1 до 50 руб.), а также боны городских самоуправлений Пятигорска и Кисловодска, которые выпускались за подписями руководителей этих городов.

Кроме перечисленных денежных суррогатов на Северном Кавказе были в обращении еще анонимные знаки (выпущенные, кажется, во Владикавказе), которые именовались как «контрольные марки». Они представляли собой наклеенные на цветную бумагу марки в 1 вершок длины и 2 вершка ширины со следующей надписью на самой марке: «Контрольная марка. Сто рублей. 25 января 1918 г.», а на обороте: «Денежный знак имеет хождение наравне с кредитными билетами. Подделка преследуется законом». Эти анонимные денежные знаки имелись номиналами от 1 до 100 руб.

Суррогатные деньги Украины

По имеющимся сведениям, местные денежные знаки на Украине выпускались в таких городах, как Одесса, Елисаветград, Житомир и Чернигов. Законом от 14 декабря 1917 г. Центральная рада установила собственную денежную систему, положив в ее основание денежную единицу «карбованец», равный по количеству содержимого в нем золота российскому рублю. Однако параллельно было сохранено в обращении и хождение общероссийских денег, и свободный обмен этих двух валют. А так как никакого золота в украинском банке не было и в помине, и в карбованцах на самом деле его содержаться не могло, то и строка закона: «Украинские билеты ходят наравне с золотою монетою», конечно, реального значения не имела. Зато вполне реальное значение имело обещание местных властей размена украинских денег на общероссийские как уже укоренившуюся и общепризнанную денежную единицу. С этой точки зрения, несмотря на закон о собственной денежной системе, по существу, карбованцы явились лишь замаскированными суррогатами – аналогами денежным знакам, выпускавшимся в других регионах России.

И еще одна разновидность денежных знаков Украины – изготовленные в Германии гривны (1 гривна = 1/2 карбованца или рубля). Их выпуск был начат осенью 1918 г.
и был завершен в апреле года следующего. За эти несколько месяцев было изготовлено 877 млн гривен. Необходимо отметить, что эти новые знаки выгодно отличались от карбованцев хорошим полиграфическим исполнением. Гривна имела хождение на украинском финансовом рынке в следующих номиналах: 2, 10, 100, 500, 1000 и 2000 гривен.

После занятия Киева частями Красной Армии и объединения банковского дела Украины и России денежные знаки, в сущности, утратили прежнее значение и стали попросту местными суррогатами. Несмотря на то что выпуск их был прекращен, все эти суррогаты были признаны действительными. Заметим, что все эти денежные знаки свободно обменивались во многих российских городах, но хождения вне Украины они не имели.

Большой интерес среди коллекционеров-бонистов и сегодня вызывают денежные знаки – суррогаты выпусков краевого банка в Симферополе, которые успешно работали на финансовом рынке полуострова Крым. Всего до оккупации этой самостоятельной территории Деникиным было выпущено более 70 млн руб., изготовленных на очень высоком полиграфическом уровне. Заметим, что наравне с собственной валютой в Крыму имели хождение деньги донские и «керенки». К этому добавим, что самой большой популярностью среди этих трех разновидностей валют пользовались деньги донские, выпуск которых был начат еще в 1917 г. Их номиналы варьировались от 1 до 500 руб. В отличие от других суррогатов на оборотной стороне донских денег были помещены портреты завоевателя Сибири Ермака и героя войны с Наполеоном, казачьего атамана Платова.


Назад в раздел