НулевойПервыйВторойТретийЧетвертыйПятыйШестойСедьмойВосьмойДевятыйДесятыйОдиннадцатыйДвеннадцатыйТринадцатый

Наставникам, хранившим младость нашу… Педагогическая история Москвы не моложе нашего города


Были ли грамотными жители древней Москвы, которой сегодня, согласно официальной версии, 865 лет, и кто их учил? Находки берестяных грамот в Великом Новгороде доказали, что уже тысячу лет назад большая часть населения города, включая женщин, пользовалась письменностью повседневно, а дети их учились в школах, доступных не только избранным.


Этим открытием мы обязаны новгородской почве, отлично сохранившей бересту. Московская же земля такими свойствами не отличается и обилием берестяных находок нас не радует. Однако почему в Москве жизнь должна была радикально отличаться от новгородской, тем более что и Москва быстро стала богатым торговым городом? Ведь московские берестяные грамоты все-таки нашлись, хотя их пока всего три.

Уместно сделать вывод, что и в Москве было немало грамотных людей, которых учили с детства.


«Учу десятую кафизму»

Где находились самые первые московские школы и как звали педагогов, мы, скорее всего, никогда не узнаем. Можно только предположить, что учили детей лица духовного звания. Первые такие школы в Древней Руси возникли еще при великом князе киевском Ярославе Мудром (978–1054), и не только в Киеве, но и во многих других городах. Привычка к грамоте у наших предков сохранялась вплоть до монголо-татарского нашествия, начавшегося в 1237 году. Дикие степные орды уничтожили многие культурные достижения Древней Руси, но по мере восстановления страны возрождались и школы, чаще всего при церквах и монастырях.

О масштабах потерь Москвы в темные века монгольского ига может сказать только один факт: чтобы спасти книги перед нашествием Тохтамыша в 1382 году, их со всего города и окрестных сел привезли в Кремль и поместили в соборы. Книг было столько, что помещения были заполнены до потолков. И все это сгорело.

Сколько раз Москва восстанавливала из пепла саму возможность приобщиться к книжной премудрости – не счесть. И все равно грамотные люди не переводились, несмотря ни на что. Так, не выучившийся «попович» должен был покинуть свое сословие, и никаких скидок ему не делали. Грамотными были большинство бояр, дворян, представителей духовенства, купцов, немало любителей образованности встречалось и среди посадских людей и даже среди крестьян. Одним из популярных товаров, который всегда продавался на московских рынках, были… азбуки. До начала книгопечатания их делали рукописными, а после того как заработали типографии, только во второй половине XVII века печатных букварей было продано 300 тысяч.

Что касается специальных школ, то при Посольском, Аптекарском, Разрядном, Поместном, Пушкарском приказах, при Оружейной палате юношей готовили к службе «по профилю». По разным данным, в XVII веке уровень грамотности в Московском царстве был весьма высок: среди дворян – 65-, среди купцов – почти 100 и даже в крестьянской среде – 15-. Конечно, в Москве этот показатель был еще выше. По ревизским спискам, в 70-е годы XVII века в не самой богатой и весьма удаленной от центра Москвы Мещанской слободе 40- жителей были грамотны, а в 90-е годы таковых уже было больше половины.

Один из самых ранних «адресов просвещения» в Москве – это Богоявленский монастырь в Китай-городе (Богоявленский переулок, 2/6). Из стен этого монастыря, ставшего центром образования на византийский лад, вышел Алексий (1292/1305–1378), митрополит Киевский и всея Руси, святитель, государственный деятель и дипломат. Он же опекал вновь созданные монастыри, также ставшие центрами образования, – не дошедшие до нас Чудов и Симонов и уцелевший Андроников монастырь у Андроньевской площади.

Рядом с Богоявленским монастырем был построен Никольский монастырь, давший название Никольской улице, современный адрес – Никольская, 11. Впервые упомянутый в 1390 году в связи с приездом митрополита Киприана, он стал пристанищем для приезжавших в Москву греческих монахов. Неудивительно, что рядом с Никольским монастырем и открылся в 1563–1564 годах Печатный двор. Потом на месте Никольского монастыря был построен Спасский, вскоре названный Заиконоспасским. Немецкий дипломат Адам Олеарий (1599–1671) в своих мемуарах «Описание путешествия в Московию» упоминает «общенародную школу» в Спасском монастыре, где преподавал Арсений Грек (род. ок. 1610). С 1667 года школу возглавил известный просветитель Симеон Полоцкий (1629–1680), которого из Белоруссии пригласил царь Алексей Михайлович (1629–1676). Как известно, Симеон Полоцкий учил и будущего царя Федора Алексеевича (1666–1682), и царевну Софью Алексеевну (1657–1704), ставшую правительницей при малолетних братьях Иване (1666–1696) и Петре (1672–1725).

Уже после смерти Симеона Полоцкого по разработанным им программам его ученик Сильвестр Медведев (1641–1691) вместе с братьями Иоанникием (1633–1717) и Софронием (1652–1730) Лихудами, объединив существующие школы, открыли академию.

Софья, как известно, этому весьма покровительствова--ла. Для нового учебного заведения были построены на территории Заиконоспасского монастыря специальные здания – год переезда в них, 1687-й, и считается официальным годом создания академии, получившей название Славяно-греко-латинской. В то время академия располагала лучшей библиотекой Московского царства. Хотя преподаватели имели в основном духовные звания и подчинялась академия Патриаршему приказу, здесь готовили не только священнослужителей, но и чиновников, переводчиков, медиков, а особо способных отправляли учиться за границу. После создания в 1724 году Петербургского академического университета многие выпускники академии продолжали обучение в Петербурге.

Но большинство москвичей того времени учились «не в академиях», а у соседского дьячка или… у собственной матери. В семьях бояр, дворян, купцов и просто зажиточных горожан и крестьян именно матери чаще всего давали детям первые знания, учили чтению, письму, арифметике и молитвам. Как писала мужу одна дворянка в конце XVII века, «и в доме у тебя, Государь, все, дал Бог, здорово. Ведомо тебе, Государь, буди я сынишку твоего учу десятую кафизму».


«Мысль оказалась преждевременной»?

Первую гимназию в Москве открыли в 1701 году, в Немецкой слободе. А потом в Первопрестольную приехал пастор Эрнст Глюк (1654–1705). Правда, приехал он не по собственной воле, а в качестве пленника после взятия русской армией Мариенбурга.

Пастора быстро определили в Посольский приказ для подготовки переводчиков, и он сумел показать такие успехи, что когда в 1703 году обратился с прошением о предоставлении дома, для того чтобы «его царскому величеству служить в науке различным хитростям, а именно: латинского, немецкого, еврейского и иных восточных языков; також на славенском языке риторике, философии, геометрии, географии и иным математическим частям и политике...», ему не отказали. Предоставили бывшие палаты Нарышкина на Большой Покровской (современный адрес – ул. Маросейка, д. 11), дали денег на ремонт, и в 1704 году переселили сюда гимназию из Немецкой слободы. Царский указ от 25 февраля 1705 года велел «...в той школе бояр, и окольничих, и думных, и ближних, и всякого служилаго и купецкого чина детей их, которые своею охотою приходить в тое школу записываться станут, учить латинского, итальянского, французского, немецкого и иных разных языков и философской мудрости».

Платы за обучение не было – Глюк состоял на службе у государства, – брали всех желающих. Так что рядом оказывались дети как знати, так и разночинцев, которые и сидели за партами по 12 часов в сутки. Считалось, что и для детей это вполне нормальный рабочий день. Всего за время своего существования, вплоть до 1715 года, школа обучила 250 человек.

«Дом Глюка» сохранился, впрочем, он значительно перестроен, бывшие Нарышкинские палаты находятся в основе здания. Сам же пастор умер вскоре после того как был издан указ. Похоронили этого достойного человека на лютеранском кладбище в Марьиной Роще. Историк Василий Осипович Ключевский (1841–1911) так оценил деятельность Глюка: «Гимназия Глюка была у нас первой попыткой завести светскую общеобразовательную школу. Мысль оказалась преждевременной. Требовались не образованные люди, а переводчики…»

В петровское время Москва действительно стала «кузницей кадров» для преобразованной России, и энциклопедических знаний от выпускников не требовали – главное, чтобы свое дело хорошо понимали. Разрушенная в советское время Сухаревская башня, стоявшая на пересечении Садового кольца, Сретенки и 1-й Мещанской улицы, была с 1701 года «Школой математических и навигацких наук», которой руководил Яков Вилимович Брюс (1670–1735), прозванный в Москве колдуном и чернокнижником, ученый и инженер, в будущем генерал-фельдмаршал. Преподавал здесь и Леонтий Филиппович Магницкий (1669–1739), автор учебника «Арифметика сиречь наука числительная». В этой школе подход к каждому ученику был индивидуальный – способные имели возможность пройти курс быстрее, но и неспособных учили до победного конца.


«Старание о воспитании детей своих»

Для массового образования в Петровскую эпоху катастрофически не хватало учителей, большинство преподавателей были иностранцами. В первой половине XVIII века любой приезжий мог открыть частный учебный пансион и преподавать что вздумается. Государство в эти дела не вмешивалось. Также и среди иностранцев-гувернеров далеко не все были хотя бы грамотны, но приходилось довольствоваться и этим.

Дочь Петра I (1672–1725), императрица Елизавета Петровна (1709–1761), вскоре после своего воцарения в 1744 году издала Указ о начальных школах, в 1755 году вышел еще один указ Елизаветы, запрещающий иностранцам, не выдержавшим специального экзамена, обучать детей в России. В 1757 году Елизавета впервые попыталась регламентировать процедуру создания и деятельность частных школ. Их учителя должны были проходить своеобразную аттестацию в Академии наук или университете и получать лицензию. Но все эти указы практически не исполнялись – выбор был невелик.

В «страшную Московию» мало кто решался ехать из высококвалифицированных учителей.

В 1755 году был открыт Московский университет и гимназия при нем. Она была предназначена как раз для подготовки к поступлению в университет – просто потому, что студентов не хватало. Неудивительно, что первым зданием университета стала Китайская аптека на Красной площади, ведь количество обучаемых не превышало нескольких десятков. В 1760 году было построено здание университета на Моховой улице (Моховая, д. 9, стр. 1), многократно перестраивавшееся впоследствии.

Руководивший процессом создания университета и гимназии Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) заявил, что университет без гимназии «как пашня без семян», и разработал программу преподавания. Его стараниями были открыты книжная лавка, типография и газета «Московские ведомости», уделявшая немало внимания теме развития образования. Студентов принимали без учета происхождения, «по примеру европейских университетов, где всякаго звания люди свободно наукою пользуются», а вот гимназия была разделена на два отделения – для дворян и для разночинцев. Учили в гимназии с индивидуальным подходом, исходя из способностей и знаний каждого. Не было определенного времени обучения – способные ученики могли пройти курс быстрее, с отстающими занимались дополнительно.

Среди выпускников университетской гимназии значатся драматург Денис Иванович Фонвизин (1745–1792), историк и писатель Николай Михайлович Карамзин (1766–1826) и архитектор Василий Иванович Баженов-(1737–1799), а вот будущего «екатерининского орла» Григория Александровича Потемкина (1739–1791) за шалости из гимназии исключили.

Первый ректор университетской гимназии Иоганн Матиас Шаден (1731–1797), учивший греческому языку, логике, метафизике и эстетике, а желающих – нумизматике и геральдике, был любим своими учениками.

Как писал Денис Фонвизин, «сей ученый муж имеет отменное дарование преподавать лекции и изъяснять так внятно, что успехи наши были очевидны». После войны 1812 года гимназия закрылась – в ней отпала надобность, так как в университет уже можно было подготовиться и в других учебных заведениях.


Сословный подход

Приглашенный в 1782 году Екатериной II (1729–1796) сербский педагог Янкович де Мириево (1741–1814) разработал реформу образования. Согласно утвержденному в 1786 году «Уставу народным училищам в Российской империи», отныне школы приобрели вполне привычный для нас вид. Всех одновременно учили одному и тому же, по одинаковым учебникам, в класс набирали детей одного возраста. Появились общая большая доска, расписание уроков и классный журнал посещений. После объяснения новой темы был обязательный опрос – кто и как усвоил. Для того чтобы спросить или ответить, нужно было поднять руку. Для оценки знаний были введены общие экзамены, а между периодами занятий – общие каникулы. Согласно рекомендациям Мириево, учителям нельзя было прибегать к телесным наказаниям.

Открытое согласно реформе Мириево в 1786 году Главное народное училище с курсом обучения пять лет с 1788 года размещалось на Варварке. А в 1776 году был открыт Московский университетский благородный пансион – интернат, в котором жили мальчики из знатных дворянских семей. В этом пансионе в свое время обучался поэт Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841).

Директором пансиона был Антон Антонович Прокопович-Антонский (1762–1848), педагог и публицист, сумевший сделать пансион центром литературной жизни.

Литературное общество «Собрание учеников университетского Благородного пансиона» возглавил знаменитый поэт Василий Андреевич Жуковский (1783–1852).

Театральные постановки, музыкальные вечера, литературные диспуты, огромная библиотека, энциклопедический подход к образованию создали славу пансиону, в котором преподавали лучшие профессора Московского университета. Но принимали в пансион только представителей родового дворянства.

Девочкам из разных сословий в Москве предоставлялась возможность выбрать место обучения согласно происхождению. Ведомство учреждений императрицы Марии открыло в Москве целый ряд учебных заведений Московское училище Святой Екатерины, Александровский, Елизаветинский и Николаевский сиротские институты, Александровское училище и Дом трудолюбия, школы Патриотического и Человеколюбивого обществ.

Московское училище ордена Святой Екатерины для обучения дочерей потомственных дворян, или, иначе, Московский Екатерининский институт благородных девиц, открылось в 1802 году. Девушкам из дворянских семей давали серьезное образование – в программе были французский и немецкий языки, русская словесность, Закон Божий, арифметика, география, истории общая и естественная, физика, музыка, рисование, рукоделие. Особое внимание обращали на творческие способности учениц.

А вот на созданном при Екатерининском институте мещанском отделении преподавали более скромный набор наук, зато больше внимания уделяли домоводству и практическим навыкам. По адресу: Суворовская площадь, д. 2, где располагался созданный на основе мещанского отделения Александровский женский институт, по заветам императрицы Марии Федоровны девушки из бедных и незнатных семей могли получить и педагогическое образование, чтобы иметь возможность зарабатывать себе на жизнь.

В начале XIX века в Москве была открыта первая мужская гимназия, готовившая к поступлению в университет и стяжавшая себе заслуженную славу элитного учебного заведения. С 1806 года гимназия располагалась по адресу: ул. Волхонка, д. 16/2, в специально купленном и перестроенном под нее особняке. Среди выпускников этой гимназии – драматург Александр Николаевич Островский (1823–1886), историк и будущий ректор Московского университета Сергей Михайлович Соловьев (1820–1879), психиатр Владимир Петрович Сербский (1858–1917).

Вторая гимназия в Москве была открыта в 1835 году на Разгуляе, по адресу: ул. Елоховская, д. 2, в том самом доме, где во время пожара 1812 года сгорел единственный экземпляр рукописи «Слова о полку Игореве». Эта гимназия отличалась преподаванием греческого языка и расширенным курсом латыни.

А вот третья гимназия, появившаяся в 1839 году, была основана по личному приказу императора Николая I (1796–1855). Здесь преимущество отдавалось преподаванию точных наук, особенно математики. Также преподавали механику, технологии, коммерческое законоведение. По идее императора, стране требовалось большое количество технических специалистов, и именно третья гимназия стала прообразом реальных училищ, которые появились только после 1864 года.

Сохранился дом 22 на улице Покровка, где с 1861 года располагалась Четвертая мужская гимназия. До этого с 1849 года Четвертая гимназия работала в Доме Пашкова. Из поступивших в нее изначально 146 человек 115 мальчиков были дворянами, детьми чиновников – 21 человек, к прочим сословиям отнесли себя 10 человек.

Так приблизительно и выглядело среднее образование в Москве XIX века. Четвертую гимназию закончили Лев Иванович Поливанов (1838–1899), известный педагог, открывший впоследствии знаменитую Поливановскуюгимназию, и театральный деятель Константин Сергеевич Станиславский (1863–1938).


Частным порядком

В Старопименовском переулке архитектор Николай Львович Шевяков (1868 –1942) в 1905 году закончил строительство трехэтажного кирпичного особняка в классицистическом стиле, получившего № 5. Строительство велось на средства Общества выпускников гимназии Креймана, открывшейся как частное учебное заведение в Москве еще в 1858 году. Сюда гимназия и переехала с Петровки, где до этого занимала дом № 25.

Франц Иванович Крейман (1828–1902) к этому времени уже умер, но его выпускники сохранили многолетнюю память и благодарность к гимназии и ее педагогам. И было за что.

В гимназию Креймана принимали всех исключенных из прочих гимназий. Франц Иванович, бравший самую высокую плату за обучение в Москве, считал, что нет-дурных детей и всякого можно исправить добрым отношением и религиозным воспитанием. Никаких строгих наказаний в его гимназии не было – долгое время там даже отметки не ставили. «Только через школу добровольного, сознательного подчинения правилам, только путем самоограничения и может развиться в детях способность к самообладанию и нравственному самоопределению; только в такой школе могут выработаться строгие к себе самим, но зато уверенные в себе характеры» – так писал Крейман.

Среди тех, кто имел счастье учиться в гимназии Креймана, считавшейся одной из лучших в Москве, были архитектор Роман Иванович Клейн (1858 –1924) и филолог и историк Алексей Александрович Шахматов (1864–1920). Строжайшая дисциплина, соблюдаемая в гимназии Креймана, невзирая на отсутствие серьезных наказаний, многих все-таки пугала. Но тогда можно было отдать своего ребенка в созданную в 1868 году знаменитую Поливановскую гимназию, располагавшуюся на Пречистенке, в д. 32. Здесь старались воспитать гармоничную личность, способную импровизировать и мыслить самостоятельно. Особое внимание уделялось словесности, факультативно читался курс истории и теории искусств.

Высокая плата за обучение (в пять раз больше, чем в казенных гимназиях) ограничивала доступ в гимназию Поливанова всем желающим, так что писателей, поэтов и философов растили в основном из детей творческой интеллигенции, крупных коммерсантов и дворянской знати. Славился драматический, «шекспировский», кружок Поливановской гимназии, в которой, кстати, было даже необязательным ношение формы, что для тех лет почти немыслимо. «Из детей надо развивать живые личности, способные избирать дело по призванию, загораться только трудом, ибо трудиться для развития человеческих личностей есть дело отрадное и высокое», – утверждал Лев Иванович.

Среди «живых личностей» оказались философ Владимир Сергеевич Соловьев (1853–1900), Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924), поэт Андрей Белый (1880–1934), поэт и художник Максимилиан Александрович Волошин (1877–1932), чемпион мира по шахматам Александр Александрович Алехин (1892–1946).

Известный публицист и главный редактор газеты «Московские ведомости» Михаил Никифорович Катков (1818–1887) сыграл немалую роль в развитии образования в России. Открытый на личные деньги Каткова и его сторонников Московский Императорский лицей в память цесаревича Николая, получивший второе, неофициальное, название – Катковский лицей, должен был воплотить на деле идеи Каткова и стать образцовым классическим учебным заведением с расширенной программой древних языков. Директором лицея стал близкий друг Каткова, профессор Павел Михайлович Леонтьев (1822–1874), также вложивший личные средства в создание лицея. Названный в честь рано умершего старшего сына Александра II (1818–1881), лицей был торжественно представлен 13 января 1868 года как привилегированное закрытое высшее учебное заведение для детей из дворянских семей. Позже лицей получал субсидии Министерства просвещения и с 1872 года стал государственным. Сегодня в здании Катковского лицея по адресу: ул. Остоженка, д. 53/2, находится Дипломатическая академия МИД РФ.


Гимназистки румяные

Первую в Москве женскую частную гимназию открыла Софья Николаевна Фишер (род. 1836), поставившая перед собой задачу создать такую школу для девочек, которая по программе ни в чем не уступала бы мужской. Ее начинание поддержали Катков и Леонтьев, и в 1872 году гимназия Фишер открылась. Вскоре, несмотря на высокую плату, она стала очень популярна. Тем более что успехи «фишеровок» были очевидны – их работы были отмечены даже на Парижской выставке 1878 года.

Вначале гимназия работала на Пречистенском бульваре, в д. 31, а потом переехала во 2-й Ушаковский переулок, в д. 3. Курс в гимназии Фишер был поистине фундаментален – здесь серьезно преподавали математику, древние языки, современные иностранные языки, музыку и балет на уровне консерватории, а также теологию. Ученицы гимназии ставили пьесы Еврипида на греческом языке. Сам император Александр II дал разрешение выпускницам этой гимназии преподавать во всех классах женских гимназий и даже в первых четырех классах мужских гимназий – это по тем временам было признанием огромного успеха. Выпускницы гимназии без проблем поступали в европейские университеты, как писал сторонник элитарного и углубленного образования Катков, «задача решена, дело оправдано, успех превзошел самые смелые ожидания».

Пользовавшаяся также немалой популярностью в Москве женская частная гимназия Софьи Александровны Арсеньевой, дочери архитектора Александра Лаврентьевича Витберга (1787–1855), автора неосуществленного проекта храма Христа Спасителя, открылась по адресу: ул. Пречистенка, д. 17, в 1873 году. Это также было элитарное заведение с высокой платой, где преподавали на уровне классических мужских гимназий.

Интересно, что гимназистки Арсеньевой и гимназисты Поливанова традиционно дружили – гимназии располагались рядом, и часто было так, что дочери учились у Арсеньевой, а сыновья – у Поливанова.

Еще одно несомненно сословное учебное заведение – открытая в 1879 году 1-я Московская женская гимназия Ведомства учреждений императрицы Марии. Здесь открыто отдавали предпочтение девочкам из «хороших семей» и брали высокую плату. Для этой гимназии архитектор Николай Александрович Тютюнов (1833–1916) на Страстном бульваре построил специальное здание, получившее № 5.

Женская гимназия, открытая в 1884 году, находилась в бывшем доме пастора Глюка на Маросейке, д. 11, и учились здесь девочки, оставшиеся без попечения родителей после Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Великая княгиня Елизавета Федоровна Романова (1864–1918) в 1897 году взяла гимназию под свое попечение, и учебное заведение стало называться Елизаветинской гимназией. В 1912 году гимназия переехала в Большой Казенный переулок, д. 9, в построенное для нее архитектором Иваном Ивановичем Рербергом (1869–1932) здание.

Частная женская классическая гимназия З. Д. Перепелкиной открылась в 1880 году. С 1885 года она располагалась в Большом Кисловском переулке, в д. 4, а в 1910 году переехала в специально выстроенное для нее здание по адресу: Столовый переулок, д. 10/2. К этому времени гимназией руководила уже Мария Густавовна Брюхоненко.

Гимназия Веры Николаевны фон Дервиз (ум. 1903), открытая в 1888 году на Старой Басманной улице, в д. 13, аттестата не давала, сюда отдавали учиться девочек, которым глубокое образование не требовалось.

В 1903 году гимназия переехала в специально перестроенное здание по адресу: Гороховский переулок, д. 10. А в Колпачном переулке, в д. 4, в 1905 году открылась женская гимназия Любови Орестовны Вяземской (1869–?), где старались дать «женское светское» образование, отдавая приоритеты домоводству, танцам и иностранным языкам.


За 300 рублей в год

Идея создать совершенную гимназию, в которой будет доступно самое качественное обучение с применением современных методов педагогики и даже медицины, появилась в начале XX века. На деньги иркутского купца Ивана Логгиновича Медведникова (1807–1889), завещанные его вдовой для благотворительных целей, была создана 9-я классическая гимназия имени Ивана и Александры Медведниковых. Она открылась 2 октября 1901 года на Поварской улице, в д. 40. А в 1904 году архитектором Иваном Сергеевичем Кузнецовым (1867–1942) было закончено строительство нового здания по адресу: Староконюшенный переулок, д. 18.

В новом здании имелась даже вентиляция с пылеосадочными камерами, способная трижды обновлять воздух в классах в течение каждого часа, был большой гимнастический зал, где занимались шведской гимнастикой, фехтованием и строевыми упражнениями. В штате гимназии числились педиатр и дантист. В раздевалке просушивались и подогревались шинели гимназистов, в классах стояла специально заказанная мебель, гимназия располагала собственными мастерскими и лабораториями. За основу был взят метод наглядного обучения, специализация исключалась, особенно в младших классах, приоритет отдали общему образованию. Древние языки изучались, но без особого нажима, обязательными стали знания французского, немецкого и английского. Преподавали такие предметы, как мироведение, естественная история, физическая география, анатомия и гигиена. Что особенно интересно, родители гимназистов участвовали в работе педагогического совета. При гимназии работала подготовительная школа.

Хотя плата за обучение составляла 300 рублей в год, до 120 человек обучались бесплатно и более 30 человек получали стипендии, 40 человек получали бесплатные горячие завтраки. Когда после Октябрьской революции Медведниковская гимназия стала школой № 59 им. Н. В. Гоголя, она все равно оставалась одной из лучших школ столицы.

Учебные программы Медведниковской гимназии стали основой для обучения в открывшейся в 1906 году в Кривоарбатском переулке, в д. 15, частной женской гимназии Надежды Павловны Хвостовой (1865–1960).

Славились в Москве также Флёровская гимназия, открытая в 1906 году в Мерзляковском переулке, в д. 11. Здесь, взимая высокую плату, к учащимся относились столь либерально, что можно было подъехать на собственном выезде. А вот 1-я Московская кооперативная гимназия Репмана, открытая Евгенией Альбертовной Репман (1870–1937) и Верой Федоровной Федоровой по адресу: Новинский бульвар, д. 9, по программе мужских гимназий совместно обучала мальчиков и девочек.

…Описать все «адреса просвещения» в Москве просто невозможно – так их много. Некоторые из прежних школ сохранили свое значение и доныне. Например, школа № 110 им. Мигеля Эрнандеса в Столовом переулке возникла в результате слияния уже упомянутых учебных заведений – Флёровской гимназии, женской гимназии Перепелкиной-Брюхоненко и испаноязычной школы № 25, созданной в 1937 году. Сегодня это одна из лучших школ Москвы.

Система образования в любой стране не может быть создана скоро – на это требуются столетия. Московская «география просвещения» – тому подтверждение.

То, что сегодня наша столица может гордиться своими школами, закладывалось еще тогда, когда министр народного просвещения Владимир Гаврилович Глазов в 1905 году после инспекции московских учебных заведений отметил: «В лицах начальствующих и учащих, за редким исключением, я всюду видел преданных своему делу тружеников, понимающих всю святость и ответственность возложенных на них обязанностей».


Текст: Алиса Бецкая 



Назад в раздел
Вся информация о торгах, аукционах и конкурсах
"Бюллетень Оперативной Информации "Московские Торги" 11/2020

Читать свежий номер

МД-группИНАТеплоцентрстройМОЭСК
АктивКапиталRaexpertАКСИТЕХ